Союз Cодействия
Cоциальной Эволюции
(СССЭ)

 

Отмена школьного крепостного права!

 

 

Государства и далее могут продолжать проведение в жизнь принципов обязательного образования в школах, с муштрой, оценками, требованием успеваемости и дисциплины, с последующим отсевом от высшей школы так называемых “слабых” учеников. Слабых нет. Просто пока общество не научилось в полной мере использовать свой собственный духовный, в том числе творческий, потенциал. Он, этот мир, всё ещё отделяет усердных от нерадивых, считая, что хорошо учиться можно только прилежно выполняя уроки и внимая преподавателям.

Почему с семи лет дети поражаются в правах и насильно усаживаются за парты? Что заставляет нас думать, что учиться дети могут только “из-под палки”, только посредством принуждения? По каким причинам самым эффективным средством обучения считается зубрёжка заранее расписанных учебных программ? Почему продолжать обучение в ВУЗах могут только те, кто быстро думает и искусно манипулирует словами?

До школьного возраста дети были относительно свободны, если можно назвать свободой ясельное и детсадовское воспитание. Но с первыми звуками колокольчика подросшие мальчики и девочки попадают под жёсткий прессинг государственной системы образования. Отныне дисциплина, многочасовое сидение за партами, запоминание всего того, что, как кажется взрослым, тебе полезно знать, страх быть вызванным к доске и оказаться хуже других, выполнение опротивевших домашних заданий, борьба за оценку и благосклонное отношение учителя, становятся неотъемлемой частью жизни школьника.

Казалось бы, открывая двери школы, дети должны попадать в удивительный мир, в сокровищницу знаний, в атмосферу, наполненную чудесами и тайнами, которые ещё предстоит постичь. Однако, на деле, оказываясь в полной психологической зависимости от учителей и старших подростков, юные души попадают в скверную жизненную ситуацию, которую вполне уместно сравнить с крепостным правом, где чтобы выжить и утвердиться надо либо приспособиться к хозяевам, либо стать жёстким и научиться давать отпор любым обидчикам.

Мир удивляется, почему в школе почти нет здоровых учащихся. Неврозы, сколиозы, гастриты, травмы… Основатель системы физического воспитания в России П. Ф. Лесгафт в работе “Физическое развитие в школах” на заре прошлого столетия писал: “Учащиеся перегружены занятиями в школе и дома, у них совершенно не остается времени для пребывания на воздухе, игр. Слишком тесная одежда быстро утомляет и не способствует правильному развитию организма, недостаточное питание большинства учащихся, плохие санитарно-гигиенические условия в школе и дома, приводят к тому, что дети часто болеют, становятся совершенно безынициативными, неподвижными...” Такое понимание причин проблем здоровья среди подростков было высказано 100 лет назад.

И что сейчас? Сегодня то надо думать не просто о тесной одежде, а о том, что на уме у школьников, каково их психологическое состояние в коллективе. “О здоровье детей и подростков сегодня пишут много и по-разному. Как правило, большинство статей, посвященных проблеме ухудшения здоровья школьников, начинаются с перечисления "страшных" показателей, иллюстрирующих негативную динамику этого процесса. В соответствии с этими показателями современный школьник стал меньше ростом, хуже видит, сутулится, а также страдает нервно-психическими расстройствами, сердечнососудистыми заболеваниями и заболеваниями желудочно-кишечного тракта. При этом ухудшение происходит как от года к году, так и от класса к классу, иными словами, десятиклассник 2001 г. уступает по медицинским показателям десятикласснику 1970 г., и оба они уступают первоклассникам, которые учились одновременно с ними” (Галимулина Н., 2003).

Действительно, о проблемах образования сегодня не пишут разве что ленивые, однако громоздкая государственная система настолько неподвижна, настолько инертна, что приходится только удивляться, тому, почему из года в год в ней ничего не меняется. А, в самом деле, почему? Вроде бы все понимают, что с системой образования происходит что-то не ладно! Да потому, что повсюду засели те, которые боятся за свои насиженные места! Эти “отличники” от образования, получившие в награду за добросовестный труд высокооплачиваемые должности в районо, гороно, облоно, директорских кабинетах, педагогических университетах, только сидят и удивляются росту школьной заболеваемости, падению нравов среди молодёжи, разгулу наркомании и преступности, изменению климата, тогда как настоящий преступник не на нарах, а в их обывательской психологии. Я всего лишь простой профессор педагогики, а я всего лишь обычный руководитель департамента образования, а я и вовсе завуч общеобразовательной школы. Мы люди маленькие, и от нас ничего не зависит, а вот потерять нагретое место, выразив особое мнение, это может быть чревато!

В обществе живёт немало педагогов новаторов, рискнувших, так или иначе, выразить своё негативное отношение к отжившей просветительной системе. Судьбы их разные. Одни создают и активно проводят в жизнь авторские образовательные проекты, где нет места психологическим методам принуждения; других система отодвинула в тень, где они помаленьку учительствуют, снискав репутацию чудаков; третьи, коих немало, лишь вздыхают, а что, мол, делать, если трудимся в” болоте”, и всё идёт, как идёт.  Однако, все они, предприняв попытку хоть как-то изменить общественное мнение, сформировать в нём иное отношение к используемым методам преподавания, уже сделали немаловажный шаг в своей жизни. 

Так кто же всё-таки больше преступник, тот, кто ворует и грабит людей, или тот, кто молчит и делает вид, что ничего особенного не происходит, готовит будущих педагогов, проводит проверки в школах, принимает ЕГЭ. Однако вследствие этого поистине зловещего обывательского молчания, в позиции “моя хата с краю”, в России и во всём мире назревает настоящая гуманитарная катастрофа. Алкоголизм, наркомания, насилие, террор, войны, загрязнение среды, техногенные аварии, изменение климата… Если вы до сих пор этого не знаете, откуда все эти беды, то теперь знайте, вина тяжёлым грузом лежит на прогнившей системе образования (не только в России), которая насилует людей замечаниями, одергиваниями, оценками, экзаменами! Вы спросите, какая связь? Связь между насильственным образованием и социальными проблемами самая прямая, ибо именно школа формирует психологию людей и несёт полную ответственность за плоды своей деятельности.

“Не судите, да не судимы будете, ибо каким судом судите, таким будете судимы; и какой мерой мерите, такою и вам будут мерить”. (Матф., 7, 1-2). Как вы думаете, слова эти были произнесены просто так? К кому они были обращены, если не к новым поколениям? В “Новом Завете” очень много весьма важных подсказок для будущего человечества, которые, к сожалению, практически не используются. Так почему люди не предпринимают никаких усилий для того, чтобы воссоздать такие типы образовательных учреждений, в которых бы дети тянулись к знаниям, получали радость от встречи с чудесами и тайнами? И при этом не испытывали страха перед злым и требовательным миром!

Почему в высших учебных заведениях нельзя набираться знаний в 10, 15 или скажем, в 60 лет? Множество искусственных барьеров, возведённых людьми на пути к познанию, превратили образования в состязание, в бег с препятствиями. Из тех, кто выигрывает образовательный марафон, как правило, получаются великолепные чиновники, “умеющие жить” и “брать от жизни всё лучшее”. А те, кто не попал, стремился, и был отвержен? Прекрасный пример приводит индийский мыслитель Ошо Раджниш. “Каждый ребёнок рождается добрым. Адольф Гитлер сначала хотел стать художником. Никакая школа не приняла его, потому что он не был хорошим художником… Забракованный художественными школами, он задумал стать архитектором, и ему снова отказали…

Кажется, мы признаём только цветы, не семена. Наше понимание так поверхностно, что мы не можем увидеть цветка в семени – и всякая образовательная система в этом смысле, преступна. На мой взгляд, вторая мировая война была не чем иным, как отмщением человечеству, отвергнувшему человека, унизившему человека, его творчество, его стремление создать что-то прекрасное”. (“Мессия”).

В 1861 году в России была проведена реформа, отменившая крепостное право. Крепостничество - форма феодальной зависимости крестьян: прикрепление к земле и личное подчинение барину. В то время проведённая реформа сыграла огромную роль в социальном прогрессе российского общества. Между тем самым крепостным правом и современным образованием аналогия полная, поэтому единственно разумная альтернатива такому образованию – раскрепощение школы. Хватит этих детских мучений, довольно педагогического насилия, пора отменить и это, школьное крепостное право! Жизнь куда богаче многочасового прозябания в классах. В наш информационный век черпать знания можно буквально повсюду. Какая страна поймёт, что пришло время глобальных перемен, такая первой и совершит грандиозный скачок в новое социальное измерение.

Е.В.Ковалёв. 20.10.09.

 

ЕГЭ

 

В наше время самым активным образом обсуждается, вопрос о том, нужен ли единый государственный экзамен (ЕГЭ)? Противники ЕГЭ утверждают, что тестовая система оценки знаний выхолащивает творческий элемент в ответах экзаменуемых. Особенно абсурдно, по их мнению, оценивать ответы по тестам в литературе, в истории и других гуманитарных дисциплинах. Сторонники ЕГЭ настаивают на введении единых, унифицированных стандартов образования, так как эта мера позволяет уравнять шансы при поступлении в высшую школу представителям различных социальных слоёв. Действительно, когда знания при поступлении оцениваются беспристрастно, подсчётом правильных ответов и объективными цифрами, а не субъективным мнением приёмной комиссии, это становится препятствием на пути коррупции в сфере образования.

Но если глубоко вдуматься, ни та, ни другая экзаменационная система не выдерживают никакой критики. Экзамен – это испытание, в котором люди с разным типом нервной системы заведомо поставлены в неравное положение. Мнемическая деятельность человека устроена таким образом, что одни могут легко задействовать мгновенную и оперативную память, тогда как другие, обладая обширными запасами архивной памяти, быстро воспользоваться ей не в состоянии. Тугодумы подчас талантливее и умнее тех, кто быстро соображает и оперирует словами.

Что касается сторонников креативного подхода к оценке знаний, то следует заметить: творчество всегда сопровождают фантазия, воображение, яркие моменты внезапного понимания, озарение, а это требует глубокого раздумья и немалого времени. Наивно и смешно искать творчество в сочинениях абитуриентов, поставленных в условия экзаменационного стресса, лихорадочно вспоминающих монологи героев и демонстрирующих знания текстов классической литературы. В лучшем случае в них можно оценить умение искусно манипулировать цитатами, но чего стоят софизм и софисты, красиво выстраивающие фразы, но игнорирующие истину, на это ответил ещё мудрейший Сократ.

 

Фрагмент из книги "Планетарная психология" (Е.В.Ковалёв, 2008).

 

Сравнительный анализ образовательных систем США, Германии, Японии, Индии и Китая (здесь)

 

Структура занятости населения и эволюция

российской школы (здесь)

 

Школа - источник стресса и унижения?


 

Опубликовал johnthebest 16 марта 2009 в 12:04 Автор semiurg

Источник semiurg.livejournal newsland.ru


 

Итак, собрание состоялось. И я таки не удержался, да. Я не люблю много говорить и не умею, если честно – я письменный человек. Но...

В общем, по порядку:

Представьте себе картину: актовый зал, сидят мрачные родители вперемешку с угрюмыми подростками, а перед сценой расположились завуч и два учителя. Директора с милицией почему-то не было, мотоциклеты с пулеметами тоже не подвезли. И начинается обличительная речь завуча...

Что меня сразу зацепило – это обращение во множественном числе, причем и к родителям, и к детям сразу. Тон был дивный - лязганье траков в нем слышалось, скрежет орудийных башен и тяжелая поступь краснознаменного гегемона. Таким тоном меня в 87-м из комсомола выгоняли, за невосторженность мыслей. Началось с подачи: «Мы считали, что вы порядочные люди...» - это, заметьте, всем собравшимся. Я молча восхитился отличным заходом и положил диктофон поудобнее. Дальше было не хуже: «Мы не можем больше работать с такими детьми...» - опять же, заметьте, со всеми детьми они не могут. Со всем классом. Аллергия, бл*дь, у них? Я мысленно сказал: «Ну и увольняйся нах*й, если работать не можешь, в чем вопрос?». Но промолчал пока. Потом нас стали стращать последствиями для класса – для всего, бл*дь, класса! Из-за одного придурка, который сделал глупость. Типа, журнала нет, проблемы с аттестацией будут у всех. В общем, мы обязаны найти виновного, иначе накажут весь класс. Ну не ох*ели ли? И дальше обычный бред про милицию, которая должна все бросить и расследовать пропажу журнала в средней школе. Делать им больше нечего, ага. Я все сижу и молчу.

Потом выступила учительница музыки, у которой из под носа и уперли журнал, с поминутным изложением того, как и в какую сторону она отвернулась, пока коварные ниндзя прокрались и совершили эту кражу века. «Я вечнобиженная стервозная старая дура, ведущая нах*й никому не нужный предмет» было написано на ее челе большими буквами. Это именно та учительница, которую хотели назначить нашему классу классухой в наказание. Мне было интересно, как ощущает себя учитель, назначаемый детям В НАКАЗАНИЕ, но тут я понял – она просто не понимает двусмысленности ситуации. Оперативная память мала. И что это таки да, реально страшно – в ментов с расследованием я ни в жисть не поверю, а вот назначить такое чудо в классные руководители – это действительно жуткая кровавая месть. По роже видно – ей только дай, она всем все припомнит... Она и до этого приходила на собрания заунывно стонать, что ее никто не любит и дети не уважают. Ну так они ж не дураки, дети-то.

Потом опять завуч снова закамлала про страшные последствия, и про отвратительный коллектив, где никто не пришел и не настучал. В общем, «выдавайт политрук унд официр, иначе мы вас всех будем немножечко стреляйт». «Ведь вы знаете, знаете, кто это сделал! Так приидете же и всепокайтеся! Настучавший да спасется, а промолчавший сгинет в «отстойном классе», во мраке и скрежете зубовном!». Кстати, как вам термин «отстойный класс»? Он употребляется учителями по отношению к общеобразовательному (не специализированному) классу гимназии. Приятно, должно быть, детям, которые там учатся...

Но я опять же сижу и молчу. И надо бы встать и заорать – но не можется. Вот знаете, со стыдом поймал себя на том, что мне страшно. Где-то там, в глубине души, еще живет тот мальчик, которого тридцать лет назад прессовали две недели всем педсоветом, чтобы он признался в том, чего не делал. (Только что по почкам не били, и за то спасибо. Но усиленно поощряли к этому одноклассников). И этому мальчику внутри еще было страшно тем ужасом бессилия и чудовищной несправедливости. И, хотя разумом я прекрасно понимал, что это просто старые грымзы, которые ровно ничего не могут мне сделать, я сидел и молчал.

А потом выяснилось вообще прекрасное – оказывается, девочка, которая сдуру сперла этот самый журнал, давно уже призналась, а весь прессинг продолжается просто для того, чтобы все усвоили, какое они чм*, и какое дети их чм*, и что с ними что хотят тут, то и сделают. Ну и для того, конечно, чтобы кто-нибудь из детей таки настучал на одноклассницу, пока не поздно. А то непорядок, сами понимаете – что это за коллектив, где не стучат? Педагогический прокол, а не коллектив.

Вывели перед строем зареванную девочку, выдавили из нее невнятные извинения пополам с соплями, отправили обратно. Я все молчу, заметьте. Тошнит уже, а молчу. Но потом предложили выступить родителям. И встала некая Тетка и понесла уже запредельный соцреализм: «...мы, в едином порыве, ...осуждаем, ... всем коллективом, ...клянемся что, ...повышенные обязательства, ...отщепенцы в наших рядах...» И я таки не выдержал. Мне стало страшно, что сейчас встанут остальные в том же «едином порыве» и продолжат эту сладостную тему самоунижения, и дотаптывания оступившегося. И вот тогда мне останется только действительно уебывать в Австралию – хоть вплавь, - потому что жить среди таких людей просто нельзя.

Я не стал говорить с места. Я вышел вперед, присел жопой на стол президиума этой «особой тройки» и развернулся к залу. Верите – руки тряслись, сам с себя удивляюсь. И я сказал. Я много чего сказал – минут пятнадцать меня несло. И про то, что у нас давно не общинный строй, и что принцип коллективной ответственности противоречит законам нашего государства. И что такой прессинг на детей, с навязыванием круговой поруки, абсолютно аморален, незаконен и даже подсуден. Что требовать от детей доносительства – мерзость и дурь. Что дети есть дети, и что они совершают ошибки. Что пусть они совершат их сейчас, а не потом, во взрослом возрасте, когда последствия будут куда тяжелее. Что школа не место для игры в суд, причем для игры, в которую играют взрослые люди, используя в ней детей. Что бред про милицию слушать стыдно – кого вы хотите этим напугать? И что давайте уже прекратим эту абсурдную пародию на партсобрание, потому что стыдно на вас смотреть, сограждане. Я еще чего-то говорил, но помню плохо, потому что это был порыв вдохновения.

А потом пошел, и сел на место, потому что сказать мне было больше нечего. Я тридцать лет, можно сказать, ждал этого момента, а всего-то на пятнадцать минут меня и хватило.

Собрание еще некоторое время продолжалось, но весь пафос как-то сдулся. И родители стали говорить: «Действительно, чего это мы? Ну, х*йню девочка спорола, бывает. Кто из нас в детстве х*йни не спорол? Да и вообще, пора, действительно, заканчивать эту байду...». И классная руководительница пустила слезу, говоря, что дети вообще-то прекрасные, и что лично она ни от кого доносительства не требовала и вообще, она, конечно, не отдаст этот класс, она их всех так любит! – смотрела она при этом, почему-то, исключительно на меня. Она вообще не плохая тетка, эта классуха – молодая, неглупая, дети ее любят. Вот только среда влияет. И оказалось, что оценки никуда не пропали, потому что все дублируется учителями в своих журналах, и вот они, все оценки – можете ознакомиться. И, конечно, ни о какой неаттестации речи идти не может, ну что вы. И про милицию, что характерно, тоже как-то замяли. И вообще, чего это мы тут делаем – учиться надо, а не фигней страдать! Конец четверти на носу! Всем спасибо, все свободны.

Вот вечно так - рассвирепеешь, накрутишь себя, размахнешься – а удар в пустоту. Ветряные мельницы образования.

Работает на: Amiro CMS